Erazmys (erazmys) wrote,
Erazmys
erazmys

В. Кашин. Тайвань уплывает от Китая

Оригинал взят у jim_garrison в В. Кашин. Тайвань уплывает от Китая
"Победа оппозиционной Демократической прогрессивной партии (ДПП) на президентских и парламентских выборах на Тайване 16 января прошла почти незамеченной в России. Итоги этих выборов способны серьезно повлиять на внешнюю политику Китая, американо-китайские отношения и всю мировую политику.

Победа Цай Инвэнь на президентских выборах – уже второй приход ДПП к власти на острове. C 2000 по 2008 г. представитель партии Чэнь Шуйбянь уже занимал президентское кресло. Но Чэнь был слабым лидером: в первый раз, в 2000 г., он победил лишь относительным большинством голосов (тайваньские выборы проводятся в один тур) благодаря расколу в правящем Гоминьдане. В 2004 г. он одержал победу над своим оппонентом – представителем Гоминьдана Лянь Чжанем лишь с ничтожным перевесом и при сомнительных обстоятельствах (в последний день избирательной кампании на Чэня было совершено неудачное покушение, которое так и не было расследовано).

Кроме того, Чэнь в течение всего своего президентства не опирался на парламентское большинство. Многие из его начинаний не удались, отношения с Пекином ухудшились, темпы экономического роста снизились. В 2008 г. ДПП потеряла власть, а сам Чэнь сразу после ухода поста президента оказался под следствием по подозрению в коррупции и был приговорен к пожизненному заключению.

Теперь, после восьми лет правления Гоминьдана, ДПП триумфально возвращается. Цай Инвэнь не только получила на выборах солидное большинство в 56,1%. Ее партия имеет прочное парламентское большинство – 68 из 113 мест в Законодательном юане.

Политическая борьба на тайваньских выборах является отражением конфликта двух идентичностей – общекитайской и тайваньской – среди населения острова. Гоминьдан – правящая партия Китайской Республики, отступившая на Тайвань в 1949 г. после проигранной войны, – изначально имел в качестве своей базы пришельцев с материка: бежавших от коммунистов чиновников, солдат, интеллигентов. Для раннего периода послевоенной истории Тайваня было характерно противостояние пришлого населения и «коренных» тайваньцев. В последующем произошла постепенная «тайванизация» Гоминьдана, а острота противоречий снизилась. Тем не менее Гоминьдан – единственная тайваньская политическая партия, сохраняющая связь с общекитайской политической традицией.

Давний противник в гражданской войне является теперь для китайских коммунистов самым удобным партнером. Период правления Гоминьдана в 2008–2016 гг. стал временем значительного прогресса в экономических связях острова и материка и проведения первой исторической встречи на высшем уровне между председателем КНР Си Цзиньпином и президентом Тайваня Ма Инцзю. Укрепились шансы на то, что Китай сможет постепенно добиться максимальной экономической интеграции с Тайванем и – в перспективе – создать условия для «мирного воссоединения» на основе принципа «одна страна – две системы». На этом фоне напряженность вокруг Тайваня, казалось, ушла в прошлое, а тайваньская проблема была почти забыта.

ДПП, возникшая в 1986 г., изначально отрицала всякую связь с общекитайской политикой, делая упор на строительстве отдельной, собственно тайваньской политической нации. Успеху ДПП способствовали объективные обстоятельства. Остров с конца XIX в. почти непрерывно находился вне сферы политического контроля материка. С 1895 по 1945 г. им управляли японцы, с 1949 г. он остается вне сферы контроля КНР. За это время между жителями берегов Тайваньского пролива накопилось немало различий.

В период правления ДПП строительство «тайваньской идентичности» значительно продвинулось вперед. Изучение собственно тайваньской (а не общекитайской) истории, поддержка местных традиций, акцент на репрессиях, которые осуществляли выходцы с материка по отношению к местному населению в 1940–1970-е гг., позволяют ускорить этот процесс.

Политическая «тайванизация» – предмет обеспокоенности Пекина, который неоднократно подчеркивал, что любой шаг в сторону объявления формальной независимости острова от Китая повлечет за собой войну, а в 2005 г. принял специальный закон о борьбе с сепаратизмом. Прямые и ясные военные угрозы со стороны КНР до сих пор вполне результативны. Электорат на острове боится любых изменений, способных вызвать войну, и это привело к эволюции во взглядах ДПП. Цай Инвэнь выступает против резкого сближения с материком, но совершенно ясно высказывается за сохранение существующего статус-кво.

На первый взгляд Пекин теряет пока возможности для прогресса своего проекта по «мирному воссоединению», но может вернуться к нему в следующем электоральном цикле. Однако растущие результаты ДПП основаны на смене поколений на острове, которая ведет к трудно предсказуемым результатам. Опубликованный в начале года опрос, проведенный Университетом Чжэнчжи, показал, что более 60,6% населения острова идентифицировали себя как «тайваньцы» (в 1992 г., когда подобные опросы начинали проводиться, таких было всего 17,6%). Лишь 3,5% идентифицировали себя как «китайцы», а 32,5% заявили, что совмещают в себе китайскую и тайваньскую идентичности.

Изменения в вопросах идентичности уже создают угрозу политике КНР, которая основана на использовании экономических рычагов и выстраивании особых отношений с немногочисленными ключевыми фигурами в политике и бизнесе при слабых отношениях с гражданским обществом. В 2014 г. члены молодежного «Движения подсолнечника», захватив здание парламента, сорвали ратификацию важного соглашения о торговле услугами между берегами Тайваньского пролива. С их точки зрения, соглашение вело к чрезмерному сближению с материком. На выборах 2016 г. организованная бывшими лидерами движения партия «Новая сила» заняла третье место.

Эти изменения заставляют по-новому взглянуть на перспективы действующей китайской стратегии в отношении Тайваня. Она не работает, поскольку нехватка «мягкой силы» не может быть компенсирована никаким экономическим влиянием. Многие из этих проблем знакомы нам на примере российской политики в СНГ. Сегодня у Китая, возможно, еще сохраняются резервы для совершенствования стратегий влияния на тайваньскую политику.

Но вполне вероятные новые проблемы с укреплением китайского влияния на острове могут привести к полному пересмотру линии поведения КНР и возврату к стратегии жесткого давления на остров по образцу конца 1990-х – начала 2000-х с использованием политических, экономических и даже военных рычагов. В этом случае Тайвань вновь станет одной из важнейших горячих точек Азии наряду с Южно-Китайским морем, а американо-китайские отношения встретятся с новыми серьезными испытаниями. При этом действия игроков будут довольно жестко диктоваться их идеологией и политическими обязательствами. Для руководства КНР самоубийственны любые компромиссы по вопросам территориальной целостности и статуса Тайваня, а США, не желая обострения тайваньской проблемы, не смогут бросить на произвол судьбы давнего союзника и «молодую демократию».

Автор – старший научный сотрудник Института Дальнего Востока РАН"

ведомости
---
Или Китай проявит большую мудрость, или будет показательно выпорот в ходе будущего Тайваньского кризиса. С такими картами -"... более 60,6% населения острова идентифицировали себя как «тайваньцы» (в 1992 г., когда подобные опросы начинали проводиться, таких было всего 17,6%). Лишь 3,5% идентифицировали себя как «китайцы», а 32,5% заявили, что совмещают в себе китайскую и тайваньскую идентичности... В 2014 г. члены молодежного «Движения подсолнечника», захватив здание парламента, сорвали ратификацию важного соглашения о торговле услугами между берегами Тайваньского пролива. С их точки зрения, соглашение вело к чрезмерному сближению с материком. На выборах 2016 г. организованная бывшими лидерами движения партия «Новая сила» заняла третье место... нехватка «мягкой силы» не может быть компенсирована никаким экономическим влиянием. Многие из этих проблем знакомы нам на примере российской политики в СНГ." - много не наиграешь.

Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments